À primeira vista, parece um conceito de extrema direita, uma palavra maldita para o ocidental médio. Embora teoricamente esquecida há quase 100 anos, ela continua muito presente no cotidiano. Ironia do destino: ela já não pertence exclusivamente a grupos supremacistas brancos.
На первый взгляд, это концепт крайне правых, запретное слово для среднего западного обывателя. Хотя, казалось бы, забытое почти сто лет назад, оно живёт в повседневной реальности. Ирония в том, что оно больше не принадлежит исключительно белым супремасистам.
Не все народы развивали одинаковую культуру труда. А ведь труд — это и есть культура. Не все одинаково ощущают время, усилие, долг. И даже реальность воспринимают по-разному.
Who is the Aryan today?
Apparently, it’s an alt-right concept, a cursed word for the average Western mortal. Yet despite being "forgotten" for almost a hundred years, it’s very much alive in daily life. Ironically, it’s no longer exclusive to fringe white supremacists.
